Логотип Парус Инвестора
Парусник
Цена деления цифровой шкалы
Биржевые истории

Но он ведь заверил, что она непременно выиграет.

“Воспоминания биржевого спекулянта”, Э.Лефевр




В то время я отдыхал с женой на Палм-Бич. Однажды я выиграл немного у Гридли и, вернувшись домой, подарил миссис Ливингстон пятисотдолларовую банкноту. По забавному совпадению она тем же вечером на обеде встретилась с мистером Визенштейном, президентом компании “Олово Борнео”, который управлял размещением акций. Уже какое-то время спустя мы узнали, что этот Визенштейн постарался устроить так, чтобы за обедом сидеть рядом с миссис Ливингстон.

Во время обеда он был с ней исключительно любезен и старался развлекать ее изо всех сил. Под конец вечера он очень доверительно сообщил ей:

- Миссис Ливингстон, я собираюсь сделать нечто такое, чего никогда прежде не делал. И мне это доставляет большое удовольствие, потому что вы, как никто другой, способны понять значение моего поступка.

Тут он умолк и озабоченно поглядел в лицо миссис Ливингстон, чтобы убедится в том, что ей можно доверить важное известие. Она мгновенно поняла свою роль и с готовностью кивнула в ответ.

- Да, миссис Ливингстон, с большим удовольствием для меня было знакомство с вами и с вашим супругом, а поскольку я хотел бы сохранить ваше расположение, я готов продемонстрировать, что моя симпатия выражается не только словами. Я уверен, что нет нужды предупреждать вас, - то, что я скажу, не подлежит разглашению. Это строго конфиденциальная информация! - И тут он перешел на шепот: - Если сейчас купить акции “Олово Борнео”, можно заработать громадные деньги.

- Вы в самом деле так думаете? - спросила она.

- Прямо перед выходом из гостиницы, - шепотом продолжал он, - я получил несколько телеграмм, содержание которых станет известно публике не раньше чем через несколько дней. Лично я намерен вложить в эти акции все свои свободные деньги. Если вы купите их завтра при открытии биржи, они вам достанутся по той же цене что и мне. Верьте моему слову, эти акции далеко пойдут. Я вам одной только об этом рассказываю. Остальные ничего не знают!

Она поблагодарила его и прибавила, что ничего не смыслит в спекуляции акциями. Тут он заверил ее, что ей и знать ничего не нужно, кроме того, что он сейчас доверил. А чтобы уверится, что она все поняла правильно, он повторил:

- Вам нужно только купить акции “Олово Борнео”, сколько пожелаете. Вот вам мое слово, что если вы так и сделаете, то не потеряете ни цента. Я ни разу в жизни не давал советов женщине, да и мужчине, кстати говоря, о покупке чего бы то ни было. Но сегодня я настолько уверен, что эти акции пройдут отметку двести и пойдут дальше, что мне захотелось, чтобы вы на этом заработали. Вы понимаете, не просто не хватит денег, чтобы скупить все акции самому, так уж лучше вы выиграете на их росте, чем какой-то чужак! Я вам все это сказал, потому что знаю, что вы не с кем об этом говорить не будете. Поверьте моему слову, миссис Ливингстон, и купите “Олово Борнео”!

Проговорил он все это с выражением полнейшей искренности и произвел на мою жену столь сильное впечатление, что она сразу решила, что это будет отличным вложением тех пятисот долларов, которые она получила от меня в тот день. Эти деньги свались на меня как с неба, и я их просто подарил ей. Иными словами, если бы не повезло и деньги пропали, ей было бы ей не жаль. Но он ведь заверил, что она непременно выиграет. Как было бы чудесно самой сделать деньги на бирже, а уж потом показать мне, как она ловко умеет и такие дела устраивать.

Ну, и на следующее утро она еще до открытия биржи зашла в контору Хардинга и попросила управляющего:

- Мистер Хейли, я хочу купить акции, но не на мой обычный счет, чтобы муж ничего не знал, пока я не получу выигрыш. Вы могли бы это для меня устроить?

Хейли, разумеется, разулыбался и ответил:

- Разумеется, мэм. Мы откроем для вас особый счет. А какие акции вы хотите купить и сколько?

Она передала ему пятьсот долларов и сказала:

- Понимаете, я бы хотела рискнуть только этой суммой. Если дело провалится, я бы не хотела платить еще сверх этого, и, пожалуйста, мистер Ливингстон не должен об этом даже догадываться. Купите для меня сразу после открытия на все эти деньги акции “Олово Борнео”.

Хейли взял деньги и заверил ее, что не проговорится ни одной живой душе, и сразу после открытия купил для нее сотню акций “Олово Борнео”. Помнится, они достались ей по цене 108. В тот день эти акции были очень активны, и к закрытию они поднялись на три пункта. Миссис Ливингстон была в таком восторге от своего подвига, что с трудом удерживалась от того, чтобы тут же все мне не рассказать.

Итак совпало, что в то время у меня крепло медвежье отношение ко всему рынку в целом. Необычно большое число сделок с акциями “Олово Борнео” привлекло к ним мое внимание. Я был убежден, что сейчас совсем не время для роста курса любых акций, а этих меньше всего. В тот же день я решил начать игру на понижение и для начала продал 10000 акций “Олово Борнео”. Если бы не я, думаю, поднялся бы не на три, а на все пять или шесть пунктов.

На следующий день я продал две тысячи при открытии и еще две тысячи при закрытии биржи, и курс упал до 102.

Хейли, управляющий конторой Хардинга на Палм-Бич, на третье утро ожидал визита миссис Ливингстон. Когда я бывал там занят, она меня навещала часов в одиннадцать.

Хейли отвел ее в сторону и сказал:

- Миссис Ливингстон, если вы хотите, чтобы я держал для вас эти акции, вам придется доплатить маржу.

- Но у меня нет больше денег, - ответила она.

- Я могу снять с вашего основного счета, - предложил управляющий.

- Нет, - возразила она, - так Л.Л. узнает о моей затее.

- Но у вас по этому счету уже образовался убыток... - начал он.

- Но я же вам ясно сказала, что не хочу терять ничего, кроме этих пятисот долларов. Их бы я тоже предпочла не терять.

- Я знаю, миссис Ливингстон, но я не решался их продавать, не посоветовавшись с вами, и если вы не прикажете оставить их, я от них избавлюсь.

- Но они так дивно вели себя в тот день, когда я и купила, - сказала она. - Я просто не могла себе представить, что все так быстро переменится. А вы догадывались?

- Нет, что вы! Мне даже в голову не приходило! - В брокерских конторах приходится быть дипломатом.

- А что с ними произошло, мистер Хейли?

Хейли, разумеется, знал, но не мог сказать, не выдав меня, а деловая тайна клиента - вещь священная. Поэтому он отделался указанием не превратности рынка:

- Для меня ничего определенного не доходило. Но вы только взгляните! Почти не дышат! - и он ткнул пальцем в котировочную доску.

Миссис Ливингстон воззрилась на падающие акции и вскричала:

- Но мистер Хейли! Я не хочу терять мои пятьсот долларов! Что же мне делать?

- Не знаю, миссис Ливингстон, но, будь я на вашем месте, я бы обратился к мистеру Ливингстону.

- О, нет! Он не хочет, чтобы я самостоятельно торговала акциями. Он меня об этом просил. Он готов их покупать и продавать для меня, но я никогда ничего не покупала без его согласия. Я боюсь он рассердится.

- Все будет хорошо, - успокаивающе сказал Хейли. - Он великолепный биржевик и сразу сообразит, что делать. - Видя, что она отрицательно качает головой, он добавил со скрытой издевкой: - Либо вам придется доплатить пару тысяч, чтобы сохранить свои акции.

Такая альтернатива мгновенно привела ее в чувство. Она обошла всю контору и нашла меня перед котировочной доской, где я наблюдал за тем, как слабеет рынок, и рассказала мне обо всем. Я был великодушен, но строг: “Ты глупая девчонка! Никогда не лезь в эти дела!”

Она, разумеется, с готовностью пообещала, и я вернул ей пятьсот долларов, после чего она и ушла вполне счастливая. К этому моменту курс застыл окончательно.

Было не трудно понять, что случилось. Визенштейн был хитрым человеком. Он рассчитывал, что миссис Ливингстон перескажет мне свой разговор с ним и я начну изучать акции. Он знал, что меня привлекает любая активность и что если я вхожу в дело, то ставлю по крупному. Думаю, он рассчитывал, что я куплю десять или двадцать тысяч акций.

В жизни не слышал о более хитроумной и артистической подставке. Но он ошибся. Да иначе и быть не могло. Во-первых, юная дама как раз в тот день получила в подарок пятьсот долларов, а поэтому была в более авантюрном настроении, чем обычно. Она хотела выиграть совершенно самостоятельно и очень по-женски представила себе, как это будет все замечательно, так что искушение оказалось неотразимым. Она знала, как я отношусь к дилетантам на бирже, и поэтому не рискнула ни о чем мне рассказать. Визенштейн с ней ошибся.

Но он ошибался и в отношении меня. Я никогда не принимаю советов и наводок, а настроение у меня на тот момент было вполне медвежьим. Он думал привлечь меня к покупке акций “Олово Борнео”, демонстрируя их активность и рост на три пункта. Но именно это подтолкнуло меня начать продажу всего рынка как раз с этих акций.

После разговора с миссис Ливингстон моя жажда опустить это “Олово” еще окрепла. Каждый день после открытия и не задолго до закрытия биржи я помаленьку продавал эти акции и наконец увидел возможность извлечь не малую прибыль на этих продажах на понижение.

Я всегда считал, что торговать по наводке - это верх дурости.

Иногда и "профессионалы" дают вредные советы. О том, как это бывает в России в наше время, вы можете прочитать в статье

"Вредные советы от ..."



Все биржевые истории:
А можно, я скажу Розалинде? А можно, я скажу Харриет?
Но он ведь заверил, что она непременно выиграет
Теперь настал его час!
Старый трейдер и иена
Как выиграть миллион долларов?
Ошибка брокера
Цена ошибки - $100 млн.
"Гуру"
Инвестор из будущего
Черепаха - это звучит гордо
Секс и игра на бирже
10 ступеней трейдера




На правах рекламы: